19:23 

Б. ФОКИН
ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ХРОНИКИ ГОРОДА NN.
(эпизод первый, дополнения)

ПЛУТИШКА ЗАЙКА СЕРЕНЬКИЙ

Известный писатель Василий Васильевич Г. приезжал во «Флокс» неоднократно. Но людену Фокину никак не удавалось увидеть самого издаваемого писателя-фантаста. Не везло.
Но вот однажды подфартило.
Позвонила ему Нава Резанова прямо на работу и говорит: приезжай, говорит, посмотри, говорит, он, говорит, тут, у нас.
Сорвался люден Фокин с работы, приехал, благо недалеко ему. И даже книжку прихватил для автографа.
А там, во «Флоксе», застолье – пир горой, гонорар обмывают, как водится. Сам ВВ, который Г. во главе стола, выпивает, обольщает сам собой дамское общество, планы строит на будущее сотрудничество.
Представили ему людена Фокина (тот, правда, слова люден не понял, но это не важно), выпили за единение писателей, издателей и читателей. Закусили. Люден Фокин и просит: мол, уважаемый, нельзя ли Ваш автограф на память. (Любит люден Фокин автографы собирать, даже у жены своей, писательницы, взял. Так, на всякий случай. Но об этом позже.) А уважаемый ему в ответ: «Мой автограф пять долларов стоит». Расстроился Фокин, не было у него тогда долларов (а и были бы...), но не растерялся и говорит: «А в другой, – говорит, – валюте можно?» – «Можно, – отвечает ВВ, – в любой можно, только не в рублях».
Тогда люден Фокин вынул тогда бумажник (бумажник-то у него тогда еще был), раскрыл его, и начал отсчитывать оставшиеся от недавнего визита в братнюю Беларусь, куда он к своей будущей жене ездил, «зайчики». На пять долларов. По курсу... И столько их по курсу получилось – целая ферма животных! Ведь там кроме зайчиков еще лоси, рыси, белочки и зубры были. Испугался тогда ВВ и дал автограф фэну-животноводу даром. То есть – безвозмездно.
А вы говорите: «зайчики» – не валюта! Ну не говорите, думаете...

А ПОШЕЛ ТЫ НА «ВЫ»!

А однажды приехали во «Флокс» сразу трое писателей: Слава, Слава и Андрей Михайлович. Все из Питера. И было это как раз после достославного Сидоркона-94.
Прибежал люден Фокин на них поглядеть и себя показать. Прибежал, под ногами крутится, мельтешит, автографы клянчит по своему обычаю. И всё им «Слава», да «Слава»... и только одному «Андрей Михайлович». Уважает вроде что ли?.. А они все переглядываются, плечами пожимают, кто такой вспомнить силятся. Кое-как вспомнили потом.
Слава, который Логинов, так и сказал: «Я и смотрю, лицо, вроде, знакомое. То ли Коломиец, то ли Колобаев». Еще бы ему не помнить! Ведь в 92-м, после Сидоркона тот же Коломиец и привел Фокина к нему ночевать. Правда, спать ему на диване с писателем Логиновым не довелось, там Коломиец с кем-то спал. А людену на полу постелили, с собакой вместе: вроде как: люден – друг голованов? Вот и спи!.. С ней он всю ночь и спал (не подумайте чего плохого). Ну да он ведь не писатель Алан Кубатиев, на писателям на букву «Л» специализирующийся . Он, в смысле писателей только до буквы «К» дошел. Пока.
Но это к слову...
Как водится, посидели они во «Флоксе», пообщались промежду собой. На сухую, между прочим, все тогда после Сидоркона, в завязке были. Потом Нава и Фокин повели писателей на вокзал, к поезду. Экскурсию, само собой, провели, как положено: по местному Арбату – Покровке провели, Кремль издали показали, все что по дороге попадалось комментировали. Очень Нижний писателям понравился, еще раз приехать обещали (увы, пока собирались «Флокс» концы отдал, а больше им там писателям особо делать нечего).
Славам понравился. А Андрею Михайловичу – нет. Ему подлец Фокин всю малину обгадил. Идет, руками машет, во все стороны показывает и: «Смотри, Слава…», – одному, «А вот видишь, Слава…» – другому... А ему все «Андрей Михайлович», да «Андрей Михайлович». И все на «Вы», каз-з-зел. Достал!.. Андрей Михайлович ему раз двадцать русским языком объясняет: «Просто Андрей!», а этот люден какой-то бестолковый попался. Покраснеет, собьется, поизвиняется, мол, пардон, обо...ся, а потом опять за свое!..
Так и довел ведь до греха. Пришлось одному из Слав, тому что повнимательнее, на вокзале для коллеги лекарство покупать...
А людену Фокину до сих пор стыдно. Ну ничего он с собой поделать не мог!..
Бывает...
Это все писатель Логинов виноват! Зачем он ему, людену, когда узнал, что тот с его собакой спал, рассказал, как он всю дорогу в поезде антистоляровскую статью сочинял. Сидит за столиком в купе, посмотрит на спящего Столярова, вдохновится – и пишет. Опять посмотрит – и опять пишет.
Вот так вот, господа писатели. Опасно с писателем Логиновым вместе спать. Даже рядом опасно. Чревато. Учитесь у Кубатиева, не прогадаете!
А из всех троих, между прочим, в Нижнем только книжку Славы Логинова и выпустили.
Может, потому, что только один он людена сразу признал?
Или людену его собака понравилась?
Они, людены, такие. Черт их разберешь...

ВИКТОРИНА «УГАДАЙ ПИСАТЕЛЯ»

Об одном из писателей, что приезжал во «Флокс» гонорары обмывать, люден Фокин слышал такую историю, рассказанную некоей Ирой П.
Довелось ей редактировать в бытность корректором нескольких из его книг. И маленькие она странности в них стала замечать: то у кубической формы планеты четыре грани угла имеются, а остальные куда-то подевались, то воспаленный любовью страстной герой путает свою возлюбленную Любаву с ее то ли теткой, то ли бабкой, то ли прабабкой Забавой, на которую та всего 17 страниц назад была очень непохожа. Писатель он, конечно, фантаст, и четыре недостающих угла могли пропасть в любое из последующих после третьего измерений, а с влюбленного человека что возьмешь, любовь, все знают, зла, полюбишь и... Вот именно.
Но Ирина на всякий случай решила все-таки уточнить, и принялась отвлекать писателя от его творческих устремлений посредством телефона: так, мол, и так, пятый и последующие углы искать будем? А Любавно-Забавный треугольник в какие (чьи) пифагоровы штаны засунуть?

Угадайте:
– что ответил на это писатель? (10 «зайчиков»)
– кто он такой после этого? (20 «лосей»)
– что подумала (но не сказала вслух) о нем Ира П.? (10 «волчеков»)
– что подумали бы о нем читатели, если бы не такие зануды-редактора? (10 «зубров»).
Если в сумме вы набрали 38 попугаев, то вы имеете право получить приз: автограф Иры П. на любой книге фирмы «Флокс» угаданного вами автора.

«Славная подруга». – 1998. – №2(21).

БОРИС ФОКИН
ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ХРОНИКИ ГОРОДА NN.
(продолжение дополнения)

А ВОТ ЕЩЕ ПРО ЗАЙЧИКОВ

Приехали как-то в Нижний братья-близнецы фантасты Юра Брайдер и Коля Чадович. Тоже гонорар обмывать.
Но Коля с Юрой – это вам не писатель ВВ! Им дам обольщать не для чего, им для обмывки гонорара настоящий партнер нужен, они конвентами воспитанные, аки Кастор и Поллукс молоком волчицы вспоенные! А во «Флоксе» тогда одни бабы остались, ни одного приличного фэна, только Нава – человек, но она по состоянию здоровья, столько не выпьет, хоть ты дерись!
Вот она и говорит братьям-писателям: «Есть у нас один фэн-конгрессмен. Не фэн даже, а целый люден! Фокин его фамилия, не слыхали?» Юра с Колей хоть и не слыхали, но все равно обрадовались: «А подать сюда этого Фокина! Посмотрим, кто кого перепьет!» Коля, конечно, сразу побежал за водкой, а Нава принялась людена искать по телефону. Но в отличие от Коли, который искомого нашел, и тут же начал с Юрой тренироваться – «подъем-переворот с опрокидыванием» отрабатывать, разминаясь перед ответственными соревнованиями, Нава людена не нашла.
Так что не суждено было тогда состояться славной баталии и выяснить, кто сильнее в этом деле: один люден или два писателя. Не нашли людена. Может, убыл куда по своим люденовским делам, а может телепнул, что его ищут, и не рискнул уронить люденовскую честь.
Правда, вскоре схлестнулись они сначала в Отеле у «Поникшего Биатлониста» на Аэлите-93, а потом в Репино на Сидоре. Славные получились баталии!
Но это уже совсем другая история.

ОШИБКА УЛЬДЕМИРА

Приехал однажды заключать договор во «Флокс» сам В.Д. Михайлов на предмет издания всего на тот период Ульдемира.
Приехал. Заключил.
А на стенке, как раз над столом Иры П. и Навы, увидел плакат, изображающий из себя сцену из американского производственного фильма «Деловая герла», когда капрал Рипли Индиану Джонса или Хана Соло, кому что нравится за галстук в постель тащит (а вы за что подумали?), а он не хочет.
Посмотрел Владимир Дмитриевич на это безобразие, посмотрел и спрашивает: «А чего это она до Жириновского домоталась?»
Вот так. И классикам свойственно ошибаться.
(Хотя люден Фокин в том «Флоксе» бывал,плакатик тот вида и говорит, что и Харрисон, и Форд на Владимира Вольфовича и вправду похожи. Особенно в профиль, как на плакате обезо… э-э… изображено. Хороший профиль, в три дня не обгадишь. Может быть, в том и секрет Вольфыча?)

И О ГРУСТНОМ...

А вот Владимира Ивановича Савченки люден Фокин так и не увидел, когда тот во «Флокс» за гонораром приезжал. Не привелось. Хотя, говорят, был. Только люденами, долларами и сексуальными наклонностями Жириновского не интересовался...

«Славная подруга». – 1998. -- №3(22).

БОРИС ФОКИН
ФАНТАСТИЧЕСКОЕ ХРОНИКИ ГОРОДА NN.
(окончание дополнения)

НЕТ ПРОРОКА В СВОЕМ ОТЕЧЕСТВЕ

Жила-была девочка. Да не простая, а, как бы это помягче сказать, писательница. Начинающая.
Жила себе, пописывала и греха не знала. Но вот попала она каким-то образом в фэндом, а в фэндоме – на глаза Андрею Николаеву и Юре Флейшману. Ну а как они к девочкам, особенно к начинающим, относятся, это всем, кто их знает, известно. Вот и ее каждый в свою сторону: Юра ее в людены кличет, с самим Борнатанычем свести обещает, а Андрюша в писатели, и тоже Борнатанычевой протекцией соблазняет. Не стала девочка сопротивляться, и, чтобы хороших людей не обижать, уступила обоим – пошла и туда, и сюда. Умная девочка попалась.
В люденстве ей еще кое-как повезло, замуж вышла (если не вдаваться в подробности). Не за Флейшмана, правда, и даже не за Казакова (первый и так женат был, а второго перехватили); выбрала себе людена попроще (хотя тоже первой волны инициации) – Фокина. Переехала к нему в Нижний, стали жить поживать. Добра вот только не нажили. Зачем людену добро? Ему постель – попона боевого коня, а дом – вся Вселенная. Космополит, он и есть космополит…
Но это ему, Фокину. А она-то еще и писательница, ей кушать хочется.
И написала она роман, как ее Николаев подбивал. Большой роман, 30 авторских листов. Только Николаев, пока она писала, взял да в Легостаева превратился, а писатель писателя, как известно, уже в упор не видит. А если и видит, то как конкурента. Но Андрюша, как честный человек, от слов своих не отказался. Сказал: помогу – и помог. Поручил это дело Бережному.
А Бережной, тоже люден, но из непримкнувших, твердо ей пообещал: «Пристрою!» И пропал. С ним это бывает.
Поискала его Фокина супруга, не нашла. И по совету Навы Резановой отнесла в «Параллель». Там как раз «Хрустальный шар» только раскручивать начали. Принесла, значит, она роман, показала. Те все лето смотрели, а потом отдали обратно. Дамская, говорят, фэнтези, мы, говорят, такого не издаем. Сказали, и тут же «Рюрика» издали, а потом и вовсе «Хрустальный шар» прикрыли и начали дамские романы километрами шлепать...
Забрала жена Фокина свой роман и с горя стала его дописывать. Чтоб не женский был и не фэнтези. И люден Фокин ей помогал. Очень он не любил дамские романы и фэнтези.
А тут вдруг откуда ни возьмись и Бережной проявился. «Вы, – говорит, – чего пропали?», «Я уж, – говорит, – давно договорился!» «Шлите, – говорит, – жду!»
Фокин с женой обрадовались, сразу же дописали роман и послали.
И правда, не успели отослать, а Бережной уже требует приезжать договор заключать. Поехала Фокина жена, заключила. А потом и гонорар получила, авансом. А к весне и сам роман вышел! Правда, не как Бережной обещал: в два тома, а всего в один. Но зато твердый и в стекле. И, что странно, опять в фэнтези зачислили, хотя фэнтези там после Фокина уж и не пахло совсем. Чистый сайнс с историческим уклоном, вроде «Трудно быть богом».
Но Фокин с его женой все равно на Бережного, Ютанова и «Азбуку» Борнатанычу молились. На радостях даже продолжение писать начали. Пишут, а сами Бережного спрашивают: «Продолжение надо?» – спрашивают. «Мы, – намекают, – пишем...» А Бережной как-то так не уверено им отвечает: «Да не стоит мучиться, и так хорошо...»
Удивились жена и ее Фокин, долго пытали Бережного, пока тот не признался невзначай: мы, мол, думали, оно на ура пройдет, как Семенова, а оно зависло...
Еще больше удивились жена и ее Фокин. «Вот те раз, – говорят друг дружке, – как же так «на ура»? Чтобы «на ура», этот, как его... помоушен требуется сделать. Как той же Семеновой, у которой за полгода до «Волкодава» такой промоушен стоял, аж в ушах свистело: и тебе плакаты в глянце, и реклама в «Книжном оборзении» на первой странице, и... и вообще!»
Вздохнули тогда Фокин с женой – но ни на кого так и не обиделись. Даже стали дальше писать и в «Азбуку» посылать.
Только ничего у них с «Азбукой» не вышло, никакого промоушена.
Чай Кублицкая ведь, не какая-нибудь там Семенова...

«Славная подруга». – 1998. – №4(23).

URL
Комментарии
2015-08-21 в 14:56 

Хозяйка книжной горы
C Днем рождения, Сережа!

Это Юля

   

Е-18

главная